Подписаться на новости
  • Сенатор
  • ООО "Ай Вао"
  • medtech
  • ММИФ-2018
  • Vitacoin

Противоопухолевые ДНК-вакцины

Frontiers in Bioscience 11, 1189-1198, January 1, 2006
DNA VACCINES FOR CANCER
Denise R. Shaw, Theresa V. Strong

Медицинский факультет, кафедра гематологии и онкологии и комплексный онкологический центр университета штата Алабама (Бирмингем).

Перевод: Евгения Рябцева, портал «Вечная молодость» www.vechnayamolodost.ru

Оглавление
 1. Резюме
 2. Введение
 3. Перенос генов для иммунизации
 4. Механизм развития иммунного ответа при ДНК-вакцинации
 5. Факторы, влияющие на индукцию иммунного ответа
 6. Стратегии усиления иммунного ответа
 7. Клинический опыт использования ДНК-вакцин
 8. Перспективы
 9. Благодарность
10. Литература

1. Резюме

ДНК-вакцины, также называемые генетическими, плазмидными или полинуклеотидными вакцинами, представляют собой относительно простой и экономичный метод применения переноса генов для иммунизации против опухолеспецифических антигенов. В данном обзоре обсуждаются потенциальные преимущества ДНК-вакцин для иммунотерапии рака по сравнению с традиционными белковыми вакцинами и вирусными векторами. Кроме того, в статье описаны предполагаемые механизмы индукции иммунного ответа, развивающегося в ответ на ДНК-иммунизацию. Проанализированы также имеющиеся на настоящий момент результаты доклинических разработок ДНК-вакцин и клинический опыт ДНК-иммунизации в лечении рака. Низкий уровень токсичности, присущий ДНК-вакцинам, свидетельствует в пользу продолжения работы в этом направлении, однако для успешного внедрения этого подхода в клиническую практику необходима разработка дополнительных стратегий повышения эффективности существующих препаратов.

2. Введение

При производстве первых противоопухолевых вакцин в качестве агентов, вызывающих иммунный ответ на ассоциированные с опухолями антигены, использовали белки или клетки. Методики переноса генов предоставили новые возможности стимуляции иммунного ответа. Среди спектра методик, разрабатываемых для клинического применения, ДНК-вакцины (также называемые нуклеиновыми, полинуклеотидными, плазмидными или генетическими вакцинами) появились как эффективный новаторский метод запуска антигенспецифичного противоопухолевого иммунного ответа.

ДНК-вакцинация основана на использовании плазмидных (кольцевых) молекул ДНК, кодирующих целевой антиген. Этот метод доставки обладает рядом преимуществ, наиболее важным из которых, возможно, является то, что он запускает как гуморальный, так и клеточный иммунный ответ. Синтез закодированного в плазмиде белка in vivo обеспечивает его дальнейший процессинг для презентации в комплексе с антигенами главного комплекса гистосовместимости (major histocompatibility complex, MHC) I класса, что способствует формированию цитотоксических Т-лимфоцитов (ЦТЛ) I класса. Цитотоксические Т-лимфоциты считают важными медиаторами противоопухолевого иммунного ответа, а их активация в ответ на опухолевые антигены играет решающую роль в эффективности противоопухолевых вакцин. Кроме того, в отличие от белковых вакцин, производимых с помощью бактерий, синтез антигена in vivo обеспечивает правильный фолдинг (сворачивание в трехмерную структуру) и посттрансляционное модифицирование белковой молекулы. Вакцины на основе ДНК также вызывают долговременную экспрессию антигена и, соответственно, стойкий иммунный ответ.

К дополнительным факторам, благоприятствующим разработке плазмидных стратегий ДНК-иммунизации, относятся относительная простота и низкая стоимость производства таких вакцин, а также их стабильность. Как более детально описано ниже, ДНК-вакцины, производимые с помощью бактерий, по своей природе являются иммуностимуляторами, что обусловлено присутствием в их структуре неметилированных цитозин-гуаниновых динуклеотидов (cytosine guanine (CpG) dinucleotides). Эта последовательность стимулирует неспецифический иммунный ответ, не препятствующий повторным введениям вакцины. Такая особенность выгодно отличает ДНК-вакцины от вакцин на основе вирусов, эффективность которых может сильно снижаться из-за предсуществовавшего или индуцированного вектором иммунного ответа (1,2). Параметры безопасности также свидетельствуют в пользу полинуклеотидных вакцин по сравнению с вирусными, так как при работе с ними не существует риска рекомбинации с вирусами дикого типа и очень низок риск инсерционного мутагенеза. И, наконец, ДНК-вакцины можно использовать для быстрой доставки нескольких эпитопов и даже нескольких антигенов в одной инъекции, что, учитывая склонность опухолей к уклонению от иммунного распознавания путем утраты антигенных вариантов, является очень важным фактором (3).

Несмотря на эти потенциальные преимущества и многообещающие результаты доклинических исследований, в клинических условиях противоопухолевые ДНК-вакцины до сих пор демонстрировали минимальную активность. Многие опухолевые антигены не содержат мутаций, поэтому развитие направленного против них иммунного ответа подразумевает способность иммунной системы распознавать и запускать эффективный ответ против «собственного» антигена организма. Результаты предварительных исследований свидетельствуют о том, что этого достаточно сложно добиться в отношении опухолей человека. Поэтому повышение активности и, соответственно, клинической эффективности полинуклеотидных вакцин стало основной целью работы в этой области исследований. Предлагаемый вашему вниманию обзор дает представление о ряде подходов, разработанных с целью преодоления этих ограничений и в настоящее время тестируемых на доклинических моделях.

3. Перенос генов для иммунизации

Предпосылкой к разработке вакцин на основе нуклеиновых кислот послужило наблюдение Wolff и др., которые установили, что внутримышечное введение депротеинизированной ДНК ведет к экспрессии закодированного в ней гена клетками мышечных волокон (4). Последующие работы продемонстрировали применимость этого подхода к экспрессии чужеродных генов в клетках различных видов, начиная от рыб (5) и заканчивая приматами (кроме человека) (6). Несмотря на низкую эффективность процесса, введенная внутримышечно ДНК проникает внутрь мышечных волокон через ямки на поверхности миоцитов и Т-канальцы (7,8). ДНК сохраняется в ядрах клеток-рецепторов в экстрахромосомной форме, однако ее экспрессия регистрируется в течение длительного периода времени (9), продолжительность которого зависит от иммуногенности закодированного в ней белка. Используя плазмиду, кодирующую белок вируса гриппа – нуклеопротеин А, – Ulmer и др. впервые продемонстрировали способность внутримышечного введения ДНК, кодирующей вирусный белок, презентируемый антигенпрезентирующими клетками (АПК) в комплексе с антигенами MHC класса I, вызывать опосредуемый CD8+ Т-лимфоцитами защищающий от инфицирования иммунный ответ (10). Результаты этого исследования послужили доказательством целесообразности разработки ДНК-вакцин для лечения различных заболеваний, в том числе рака.

Индукция клеточного и гуморального иммунного ответа при введении ДНК-вакцин не ограничена внутримышечным введением. Кожа содержит много АПК, таких как незрелые клетки Лангерганса в эпидермисе и зрелые дендритные клетки (ДК) в дерме. Tang и др. продемонстрировали способность проникающей через кожу ДНК запускать иммунный ответ на закодированный в ней белок (11). В рамках этой работы ДНК осаждали на золотые микрочастицы, которые наносили на кожу под давлением с помощью баллистического устройства (12). Этот процесс, обычно называемый доставкой генов с помощью генной пушки, не травмирует кожный покров и для формирования иммунного ответа требует гораздо меньше ДНК, чем внутримышечное введение (13,14). Индукцию эффекторных ЦТЛ, опосредующих отторжение опухолей, впоследствии продемонстрировали на мышиной модели перевиваемых опухолей (15). Внутрикожную иммунизацию можно также осуществлять посредством инъекций депротеинизированной ДНК или введения покрытых ДНК наночастиц с помощью систем для безыгольного впрыскивания (16). Рассматривают также вариант нанесения ДНК-вакцин на слизистые оболочки, что, в первую очередь, актуально для иммунизации против инфекционных заболеваний (17), однако может быть применимо и для лечения рака (18). И, наконец, несмотря на относительно короткое время полураспада в кровотоке, работы по внутриселезеночному введению ДНК-вакцин (19) продемонстрировали, что стратегии, способствующие поглощению внутривенно введенной ДНК спленоцитами, могут приводить к формированию гуморального и клеточного иммунного ответа. То, что все эти методы доставки приводят к синтезу антигенов и индукции антигенспецифичного иммунного ответа, указывает на универсальность ДНК-вакцинации. Важным моментом является также то, что различные методы введения вакцин могут приводить к развитию качественно отличающихся иммунных реакций (20,21), а их относительную эффективность для человека еще предстоит определить.

4. Механизм развития иммунного ответа при ДНК-вакцинации

Изучение способности ДНК-вакцин вызывать развитие клеточного иммунного ответа подготовило почву для их разработки в качестве средства противоопухолевой терапии. Механизмы индукции иммунного ответа при ДНК-иммунизации до сих пор не до конца ясны, однако, судя по всему, они включают процессинг антигена с помощью эндо- и экзогенных механизмов, обеспечивающих презентацию антигена в комплексе с белками MHC I и II класса. ДНК может трансфектировать как клетки-мишени (например, миоциты при внутримышечном введении), так и входящие в состав ткани АПК. Несмотря на то, что миоциты синтезируют закодированный в ДНК белок, только АПК обеспечивают костимуляторный сигнал, необходимый для эффективной активации ЦТЛ. Результаты ряда работ указывают на то, что центральная роль в индукции иммунного ответа на ДНК-иммунизацию принадлежит АПК костномозгового происхождения (22-25). Эти данные предполагают «перекрестную презентацию» антигена антигенпрезентирующими клетками. Антиген синтезируется миоцитами и переносится в АПК таким образом, что процессированные пептиды презентируются на их поверхности в комплексе с белками MHC I класса, наделяя АПК способностью непосредственно активировать ЦТЛ. Это противоречит обычной ситуации, когда белки, попадающие в АПК экзогенным путем, перемещаются в эндолизосомальную систему для деградации и презентации в комплексе с молекулами MHC II класса. Альтернативно либо дополнительно может происходить трансфекция самих АПК нуклеиновой кислотой (26,27). In vivo синтез антигенов в цитоплазме АПК обеспечивает презентацию пептидов в комплексе с молекулами MHC I класса. Презентация антигена совместно с молекулами MHC I и II класса в присутствии соответствующих костимуляторных молекул, экспрессируемых АПК, ведет к активации как CD4+, так и CD8+ T-клеток, обеспечивая одновременное развитие клеточного и гуморального иммунного ответа.

Создание с помощью нокаута генов мышиных моделей с избирательными нарушенными элементами иммунной системы позволило сформулировать более четкое определение факторов, критичных для индукции эффективного иммунного ответа (28). Изучение механизмов отторжения опухолей, опосредованное терапевтической ДНК-вакциной в трансгенной мышиной модели рака молочной железы, продемонстрировало скоординированное функционирование CD4+ и CD8+ клеток, антител, Fc-рецепторов, перфоринов, гамма-интерферона, CD1d-рестриктированных Т-лимфоцитов с активностью неспецифических киллеров (NKT) и макрофагов, а также важную роль активированных нейтрофилов, способных непосредственно лизировать опухолевые клетки и повреждать питающую опухоли сосудистую сеть (29,30).

5. Факторы, влияющие на индукцию иммунного ответа

Ряд характеристик ДНК-вакцин определяет характер и выраженность вызываемого ими иммунного ответа. Состав ДНК является первоочередным параметром, характеризующим плазмидные вакцины. Динуклеотид CpG относительно слабо представлен в геноме млекопитающих, и богатые CpG зоны ДНК часто метилированы в результате функционирования механизма регуляции транскрипции. Синтезируемые бактериями ДНК-плазмиды, напротив, содержат неметилированные динуклеотиды CpG, распознаваемые механизмами врожденного иммунитета как показатель присутствия патогена (31). Эти последовательности распознаются toll-подобными рецепторами-9 (toll-like receptor 9, TLR9) и запускают активацию ДК, макрофагов, натуральных киллеров и NKT-клеток (32,33). В результате последовательности CpG, входящие в состав плазмид либо очищенных олигодеоксинуклеотидов (ОДН), являются мощными адъювантами и могут запускать иммунный ответ, опосредованный Т-хелперами 1 типа (Тх1) (34). ОДН, содержащие CpG, также оказывают антиапоптотический эффект на CD4+ и CD8+ клетки (35). Присутствие CpG-последовательностей значительно усиливает общую иммуногенность ДНК-вакцин.

Кроме состава нуклеиновых кислот, важным фактором, определяющим иммунный ответ, является уровень экспрессии трансгена. В целом, повышенная экспрессия иммуногена усиливает иммунный ответ. Поэтому для обеспечения эффективной транскрипции закодированного в плазмиде гена необходим сильный промотор, а оптимизированные сигналы полиаденилирования и наличие нетранслируемых регионов могут способствовать экспрессии трансгена (36). Активность цитомегаловирусного раннего промотора/энхансера, широко используемого для запуска экспрессии закодированной последовательности, можно усилить путем встраивания дополнительных последовательностей, например, выделенных из ДНК аденоассоциированного вируса (37).

При создании оптимизированного вектора метод его введения также влияет на развивающийся иммунный ответ. В предыдущем разделе обсуждалось, что различные методы ДНК-иммунизации ведут к развитию клеточного и гуморального иммунного ответа, однако природа иммунного ответа, развивающегося при использовании различных подходов к иммунизации, может отличаться качественно (20,21,38,39,40). В целом, введение ДНК с помощью генной пушки запускает иммунный ответ с более выраженным участием Т-хелперов-2 (Тх2), характеризующийся сильным гуморальным компонентом, не очень эффективным при лечении опухолей. Однако этот эффект можно модифицировать посредством одновременного введения цитокинов, стимулирующих активность Тх1 (41). На характер иммунного ответа можно также повлиять путем подбора оптимальных доз и схем вакцинации (13,42).

Антигенность закодированного белка чрезвычайно важна для формирования эффективного иммунного ответа. То, что большинство опухолевых антигенов являются «собственными», является труднопреодолимым барьером на пути к разработке эффективных методов иммунотерапии рака. Изменение антигенности белка или стимуляция его поглощения АПК являются ключевыми моментами, рассматриваемыми в аспекте решения этой проблемы. Локальный профиль цитокинов также играет важную роль в формировании окончательного иммунного ответа. Оптимизация всех этих факторов с целью максимального повышения эффективности иммунного ответа при ДНК-иммунизации стала основной целью исследований.

6. Стратегии усиления иммунного ответа

ДНК-вакцины продемонстрировали свою перспективность в отношении стимуляции эффективной реакции ЦТЛ в ответ на неоантигены, однако слабые антигенные характеристики многих опухолей требуют большей эффективности противоопухолевых вакцин для обеспечения целесообразности их клинического применения. Поэтому многие исследования посвящены усилению вызываемого ДНК-вакцинами иммунного ответа. Ученые проанализировали каждый аспект вакцинации, от введения нуклеиновой кислоты до модификации закодированного в ней антигена и изменения микроокружения для максимального усиления иммунного ответа и его сдвига в сторону участия Тх1 (табл. 1). Универсальность ДНК-вакцин является важным преимуществом, так как и с нуклеиновой кислотой, и с закодированным антигеном можно проводить различные манипуляции.

Таблица 1. Стратегии усиления эффективности полинуклеотидных противоопухолевых терапевтических вакцин.

Характеристика вакцины

Вмешательство

Ссылки

Тип доставки нуклеиновой кислоты

- липосомы

- микрочастицы ПЛГ

- электропорация

- гидродинамическая доставка

43

44

45,46

47

Модификация антигена для обеспечения его поглощения АПК

Слияние антигена с CD40L, Flt-3L, CTLA4

49-51

Модификация антигена с целью повышения его иммуногенности

- изменение процессинга антигена

- внедрение иммуногенных эпитопов

- использование антигена другого вида

- оптимизация кодона

52-54

55

67-71

56

Модификация микроокружения

- одновременное введение цитокинов

- одновременное введение хемокинов

58-60

61,62

Так как процесс доставки нуклеиновой кислоты внутрь клеток-мишеней неэффективен, подходы к улучшению доставки и/или повышению стабильности ДНК in vivo могут приводить к более выраженной и продолжительной экспрессии закодированного антигена, что способствует повышению силы иммунного ответа. Одним из вариантов является внедрение нуклеиновой кислоты в липосомы, что может защитить ее от действия эндогенных нуклеаз, а также способствовать проникновению внутрь клеток (43). Адсорбция ДНК на катионные микрочастицы из поли(DL-лактид-ко-гликолида), ПЛГ – poly(DLlactide-co-glycolide), PLG – обеспечивает медленное высвобождение ДНК и приводит к формированию более мощного иммунного ответа, чем использование депротеинизированной ДНК (44). Обеспечивающая физическое облегчение транспорта нуклеиновых кислот внутрь клеток-мишеней электропорация в кожу(45) или мышечную ткань (46) оказалась перспективным подходом повышения эффективности переноса генов. Еще одним применимым к вакцинам методом повышения эффективности трансфекции является гидродинамическая доставка плазмидной ДНК (47). Применение этих подходов в клинических условиях требует тщательной оптимизации с учетом особенностей человеческого организма.

Легкость манипулирования рекомбинантной ДНК позволяет изменять закодированный в ней антиген для повышения его иммуногенности, при этом существует огромное количество различных типов манипуляций. Так как усвоение и адекватная презентация антигена являются обязательными условиями индукции эффективного иммунного ответа, некоторые группы исследователей модифицировали закодированные антигены таким образом, чтобы повысить эффективность их поглощения специализированными АПК (48). Комплексы антигенов с CD40-лигандом (49), внеклеточным доменом лиганда Fms-подобной тирозинкиназы-3 (flt-3) (50) или антигеном-4 цитотоксических Т-лимфоцитов (CTLA4) (51) являются примерами, в которых рецепторы к каждому из лигандов присутствуют на поверхности ДК и обеспечивают поглощение антигена клетками и формирование усиленного иммунного ответа. Внутри клетки закодированный антиген может модифицироваться для облегчения деградации с помощью эндосомально-лизосомального механизма (52,53), что усиливает презентацию антигена в комплексе с молекулами MHC II класса и стимулирует CD4+ Т-клеточные реакции. Сходный метод, влияющий на другой механизм, – протеолитическую обработку закодированного антигена – обеспечивается его слиянием с последовательностями, приводящими к его убиквитинизации (54). Встраивание гетерологичных иммуногенных последовательностей, таких как ЦТЛ-эпитоп столбнячного токсина, в последовательность опухолевого антигена приводило к быстрой стимуляции ЦТЛ против опухолевого антигена с одновременной защитой от опухолевой стимуляции (55). Для опухолей, ассоциированных с вирусом папилломы человека, таких как рак шейки матки, кодонная оптимизация гена вирусного антигена показала себя как эффективное средство повышения экспрессии белка в клетках млекопитающих и усиления иммунного ответа (56).

Другим подходом к повышению иммуногенности ДНК-вакцин является одновременное введение ДНК, кодирующей цитокины, обосновываемое тем, что более мощный иммунный ответ возможен в случае презентации антигена в благоприятном цитокинном микроокружении. Поэтому цитокины, стимулирующие опосредуемый Тх1 иммунный ответ, в том числе гранулоцитарно-макрофагальный колониестимулирующий фактор (ГМ-КСФ), интерферон-гамма (ИФН-гамма), интерлейкин-2 (ИЛ-2), интерлейкин-12 (ИЛ-12) и интерлекин-18 (ИЛ-18), активно изучались на доклинических моделях инфекционных заболеваний (57) и рака (58-60). Результаты исследований продемонстрировали способность этого подхода положительно воздействовать на природу и выраженность иммунного ответа. На основе утверждения, что более эффективное введение антигена внутрь АПК усилит иммунологическую реактивность, для привлечения АПК в зону синтеза антигенов использовали хемокины. Это достигалось либо путем слияния генов антигена и воспалительных хемокинов (61), либо путем одновременного введения генов антигена и хемокинов (62). К дополнительным стратегиям относятся одновременное введение антиапоптотических генов, способствующих выживанию ДНК-трансформированных ДК (63), и совместное введение кодирующей антиген ДНК и растворимого белка, кодируемого геном активатором лимфоцитов-3 (lymphocyte activating gene-3, LAG3), с целью усиления перекрестной презентации антигена (64). Увеличение количества ДК in vivo с целью повышения иммунологической реактивности стимулируют введением плазмиды, кодирующей flt-3-лиганд (65). Использование этого подхода в комбинации с традиционными пептидными вакцинами усиливает клеточный иммунный ответ (66).

Концепция перекрестно-видовой гомологичной иммунизации, также называемая ксеногенной или ортологичной иммунизацией, продемонстрировала свою эффективность при устранении толерантности к слабоиммуногенным опухолеспецифическим антигенам. Эта стратегия подразумевает выделение генов опухолевых антигенов из организмов другого вида с целью индукции перекрестно-видового иммунного ответа на аутологичный белок реципиента вакцины. Для многочисленных изученных на сегодняшний день белков ортологичный белок других видов обладает более выраженной иммуногенностью, чем аутологичный или собственный антиген. Этот подход ведет к развитию иммунитета, перекрестно реагирующего с собственным антигеном и устраняющим толерантность к нему. Ортологичную иммунизацию успешно использовали на животных моделях для индукции противоопухолевых иммунных реакций как против эндогенных опухолевых антигенов (67-70), так и против коканцерогенных факторов (71). Предварительные клинические исследования белково-дендритноклеточной вакцины против рака предстательной железы продемонстрировали стимуляцию иммунного ответа на собственный антиген, что свидетельствует о возможности переноса этого подхода в клиническую практику (72). Простота приготовления и отсутствие ассоциированного с ДНК-вакцинами иммунного ответа, направленного против вирусных векторов, привела к созданию на основе этого подхода ряда стратегий ксеногенного запуска и стимуляции иммунного ответа, которые в ряде доклинических моделей продемонстрировали более высокую эффективность по сравнению с ДНК-иммунизацией в чистом виде. К ним относятся использование ДНК-вакцин в комбинации с другими генетическими векторами (73,74) или с белками, например, абсорбированными на микрочастицы из ПЛГ (75). Несмотря на то, что подобные подходы несколько сложнее внедрять в клиническую медицину, повышение эффективности комбинированных вакцин может послужить решающим фактором.

7. Клинический опыт использования ДНК-вакцин

В то время как индукция как Т-, так и В-клеточного иммунного ответа на чужеродные антигены убедительно продемонстрирована на человеке по отношению к чужеродным антигенам, ассоциированным с инфекционными заболеваниями (76-79), применение ДНК-вакцин для лечения рака до сих пор было гораздо менее успешным. Индукция эффективного противоопухолевого иммунного ответа является сложной задачей, и на настоящий момент попытки клинического использования ДНК-вакцин приводили к противоречивым результатам. Клинические исследования подтвердили общую безопасность и низкую токсичность векторов, однако эффективность вызываемого ими иммунного ответа оказалась слабой, а противоопухолевая активность – сомнительной.

На сегодняшний день завершено уже несколько клинических исследований. Кодирующую клонированный опухолевый антиген (карциноэмбриональный антиген) ДНК вводили внутримышечно пациентам с поздними стадиями рака толстого кишечника (80). Пациентов иммунизировали плазмидами, одновременно экспрессирующими карциноэмбриональный антиген и, в качестве контроля, поверхностный антиген вируса гепатита В. В результате у некоторых пациентов регистрировались защитные уровни антител к вирусу гепатита, однако практически не развивался иммунитет против карциноэмбрионального антигена. Rosenberg и др. опубликовали сходные данные, полученные при введении ДНК, кодирующей антиген меланомы gp100, в рамках фазы I клинических исследований с участием пациентов с метастазирующей меланомой (81). При проведении этих исследований только у одного из 22 пациентов, перенесших внутримышечную или внутрикожную иммунизацию, наблюдалось развитие слабого неполноценного специфичного иммунного ответа против антигена gp100. Авторы пришли к выводу, что иммунизация не вызывала развития значимого клинического или иммунологического ответа. Этот факт противоречит результатам более ранних клинических исследований, при проведении которых антиген gp100 вводили в виде трансгена в составе вакцины на основе вируса оспы домашней птицы или в форме пептидов, и указывает на необходимость разработки стратегий усиления иммунного ответа на ДНК-вакцины на основе плазмид. Альтернативный метод введения – внутрь лимфоузлов – оценили на 26 пациентах с прогрессирующей меланомой (82). Введение плазмидной ДНК, кодирующей эпитопы тирозиназы, привело к развитию антигенспецифичного иммунного ответа у 11 пациентов. При этом у пациентов не наблюдалось никаких клинических изменений, кроме неожиданно высокой средней продолжительности жизни. Плазмидную ДНК, кодирующую простатоспецифический антиген (ПСА), вводили пациентам с гормонорезистентным раком предстательной железы в комбинации с цитокинами ГМ-КСФ и ИЛ-2 (83). При этом у двух из трех пациентов когорты, получившей наиболее высокую дозу, регистрировался клеточный и гуморальный иммунный ответ на ПСА и снижение уровня этого антигена.

Levy и др. оценили иммуногенность плазмидной ДНК-вакцины в исследованиях на пациентах с В-клеточной лимфомой (84). Более ранние клинические исследования с использованием для активной иммунизации белков, представляющих собой опухолеспецифические идиотипы иммуноглобулинов, продемонстрировали положительные клинические эффекты для пациентов (85, 86), однако приготовление индивидуальной вакцины для каждого пациента очень трудоемко и неприемлемо для широкого применения. ДНК-вакцинация обладает преимуществом сравнительно быстрого и малозатратного изготовления. Пациентов иммунизировали ДНК-вакциной, кодирующей химерную молекулу, состоящую из специфичного для пациента идиотипа, соединенного с а- и k-цепями константной области мышиного иммуноглобулина G2 (IgG2). Когорты пациентов иммунизировали внутримышечно и внутрикожно с помощью безыгольных устройств типа Biojector с добавлением или без добавления плазмидной ДНК, кодирующей ГМ-КСФ. У большинства пациентов всех когорт наблюдалось развитие иммунного ответа на белок-носитель мышиного иммуноглобулина, что послужило доказательством синтеза закодированного белка и его способности вызывать иммунный ответ. Индукция иммунного ответа на опухолеспецифический идентификационный фрагмент закодированного гена также регистрировалась, хотя и у меньшего количества пациентов. Клиническую эффективность вакцины было трудно оценить из-за предварительной и проводимой во время исследований химиотерапии и отсутствия невакцинированной группы контроля. Тем не менее, отсутствие токсичности и развитие регистрируемого иммунного ответа свидетельствуют в пользу целесообразности дальнейшего усовершенствования этого подхода к вакцинации.

Следует отметить, что упомянутые клинические исследования проводили в условиях поздних стадий заболеваний, на которых индукция иммунного ответа не является оптимальным подходом к лечению. Тем не менее, в целом полученный опыт использования депротеинизированной ДНК для иммунотерапии указывает на то, что введения плазмидных ДНК-вакцин недостаточно для формирования клинически эффективного иммунного ответа на немутировавшие собственные антигены. Перенос наиболее перспективных из перечисленных в табл. 1 стратегий в клиническую практику может помочь в преодолении ограничений, присущих существующим методам.

Опубликованы результаты двух фаз I клинических исследований вакцины против злокачественных заболеваний, ассоциированных с папилломавирусом человека. Иммунотерапию таких опухолей облегчает тот факт, что их клетки экспрессируют чужеродные вирусные антигены. Плазмидную ДНК, кодирующую пептидные эпитопы (фрагменты белка, распознаваемые антителами) белка Е7 человеческого папилломавируса 16 типа, презентируемые АПК в комплексе с антигенами MHC класса I, инкапсулировали в микрочастицы из биоразрушаемого полимера ПЛГ и вводили внутримышечно (87). Анализ с помощью тест-систем ELISPOT показал усиленные Т-клеточные реакции у 10 из 12 пациенток с дисплазиями. В то же время, у некоторых пациентов из когорт, получивших наибольшие дозы вакцины, наблюдалось развитие неполноценных тканевых реакций. Внутримышечное и подкожное ведение того же препарата женщинам с интраэпителиальной цервикальной неоплазией приводило к формированию у большинства пациенток (73%) регистрируемого иммунного ответа на белок Е7 человеческого папилломавируса 16 типа и у 33% пациенток – полноценного тканевого ответа (88). При этом не наблюдалось никаких связанных с вакцинацией серьезных побочных эффектов. Полученные результаты свидетельствуют о том, что ДНК-вакцины против антигенов папилломавируса могут играть важную роль в борьбе с ассоциированными с ним злокачественными заболеваниями.

8. Перспективы

За последние несколько лет скорость идентификации опухолевых антигенов значительно увеличилась (89) и будет продолжать расти, поскольку внедрение новых методик, таких как профилирование экспрессии (90, 91), технология SEREX (serological identification of antigens by recombinant expression cloning) (92) и протеомный анализ (93), обеспечивает идентификацию новых потенциальных мишеней для активной иммунотерапии. Использование ДНК-вакцин в доклинических моделях является сравнительно быстрым методом оценки потенциальной пригодности таких антигенов-кандидатов для стимуляции отторжения опухолей. Кроме традиционных опухолеспецифических антигенов, в качестве мишеней для ДНК-вакцин могут выступать антигены сосудистой сети опухолей (94, 95). Работа над созданием ДНК-вакцин в области борьбы с инфекционными заболеваниями не потеряет свою ценность с точки зрения разработки новых стратегий, пригодных для использования при создании противоопухолевых вакцин. Результаты недавно проведенного клинического исследования инфекционного заболевания (малярии) свидетельствуют о том, что различные стратегии иммунизации, направленной на запуск и усиление иммунного ответа, с использованием ДНК в комбинации с другими типами вакцинации может потенцировать иммунный ответ у человека (96). Несмотря на то, что окончательные клинические доказательства эффективности ДНК-вакцин в терапии рака еще предстоит получить, есть поводы сохранять оптимизм по поводу их потенциала в борьбе с широким спектром злокачественных новообразований. Как сравнительно нетоксичная терапия, ДНК-иммунизация может найти свое клиническое применение в качестве дополнительной меры при лечении минимальной резидуальной болезни для предотвращения рецидивов заболевания. Со временем ДНК-вакцины могут стать средством профилактики рака. Значительные преимущества ДНК-иммунизации и ее доказанная в клинических исследованиях безопасность являются вескими доводами в пользу продолжения разработки таких вакцин и их внедрения в практику борьбы со злокачественными заболеваниями.

9. Благодарность

Исследование проведено за средства грантов NCI 1 P50 CA89019 и NCI 1 P50 CA83591, выделенных Национальными институтами здравоохранения США.

10. Литература

1. Rosenberg S. A., Y. Zhai, J. C. Yang, D. J. Schwartzentruber, P. Hwu, F. M. Marincola, S. L.Topalian, N. P. Restifo, C. A. Seipp, J. H. Einhorn, B.Roberts & D. E. White: Immunizing patients with metastatic melanoma using recombinant adenoviruses encoding MART-1 or gp100 melanoma antigens. J Natl Cancer Inst 90, 1894-1900 (1998)
2. Conry R. M., M. B. Khazaeli, M. N. Saleh, K. O. Allen, D. L. Barlow, S. E. Moore, D. Craig, R. B. Arani, J. Schlom & A. F. LoBuglio: Phase I trial of a recombinant vaccinia virus encoding carcinoembryonic antigen in metastatic adenocarcinoma: comparison of intradermal versus subcutaneous administration. Clin Cancer Res 5, 2330-2337 (1999)
3. Dunn G. P., A. T. Bruce, H. Ikeda, L. J. Old & R. D. Schreiber: Cancer immunoediting: from immunosurveillance to tumor escape. Nat Immunol 3, 991- 998 (2002)
4. Wolff J. A, R. W. Malone, P. Williams, W. Chong, G. Acsadi, A. Jani & P. L. Felgner: Direct gene transfer into mouse muscle in vivo. Science 247, 1465-1468 (1990)
5. Hansen E., K. Fernandes, G. Goldspink, P. Butterworth, P. K. Umeda & K. C. Chang: Strong expression of foreign genes following direct injection into fish muscle. FEBS Lett 290, 73-76 (1991)
6. Jiao S., P. Williams, R. K. Berg, B. A. Hodgeman, L. Liu, G. Repetto & J. A. Wolff: Direct gene transfer into nonhuman primate myofibers in vivo. Hum Gene Ther 3, 21-33 (1992)
7. Danko I. & J. A. Wolff: Direct gene transfer into muscle. Vaccine 12, 1499-1502 (1994)
8. Wolff J. A., M. E. Dowty, S. Jiao, G. Repetto, R. K. Berg, J. J. Ludtke, P. Williams & D. B. Slautterback: Expression of naked plasmids by cultured myotubes and entry of plasmids into T tubules and caveolae of mammalian skeletal muscle. J Cell Sci 103, 1249-1259 (1992)
9. Wolff J. A., J. J. Ludtke, G. Acsadi, P. Williams & A. Jani: Long-term persistence of plasmid DNA and foreign gene expression in mouse muscle. Hum Mol Genet 1, 363- 369 (1992)
10. Ulmer J. B., J. J. Donnelly, S. E. Parker, G. H. Rhodes, P. L. Felgner, V. J. Dwarki, S. H. Gromkowski, R. R. Deck, C. M. DeWitt, A. Friedman, L. A. Hawe, K. R. Leander, D. Martinez, H. C. Perry, J. W. Shiver, D. L. Montgomery & M. A. Liu: Heterologous protection against influenza by injection of DNA encoding a viral protein. Science 259, 1745-1749 (1993)
11. Tang D. C., M. DeVit & S. A. Johnston: Genetic immunization is a simple method for eliciting an immune response. Nature 356, 152-154 (1992)
12. Williams R. S., S. A. Johnston, M. Riedy, M. J. DeVit, S. G. McElligott, & J. C. Sanford: Introduction of foreign genes into tissues of living mice by DNA-coated microprojectiles. Proc Natl Acad Sci USA 88, 2726-2730 (1991)
13. Barry M. A. & S. A. Johnston: Biological features of genetic immunization. Vaccine 15, 788-1791 (1997)
14. Fynan E. F., R. G. Webster, D. H. Fuller, J. R. Haynes, J. C. Santoro & H. L. Robinson: DNA vaccines: protective immunizations by parenteral, mucosal, and gene-gun inoculations. Proc Natl Acad Sci USA 90, 11478-11482 (1993)
15. Ross H. M., L. W. Weber, S. Wang, G. Piskun, R. Dyall, P. Song, Y. Takechi, J. Nikolic-Zugic, A. N. Houghton & J. J. Lewis: Priming for T-cell-mediated rejection of established tumors by cutaneous DNA immunization. Clin Cancer Res 3, 2191-2196 (1997)
16. Cui Z., L. Baizer & R. J. Mumper: Intradermal immunization with novel plasmid DNA-coated nanoparticles via a needle-free injection device. J Biotechnol 102, 105-115 (2003)
17. Eriksson K. & J. Holmgren: Recent advances in mucosal vaccines and adjuvants. Curr Opin Immunol 14, 666-672 (2002)
18. Rocha-Zavaleta L., J. E. Alejandre & A. Garcia- Carranca: Parenteral and oral immunization with a plasmid DNA expressing the human papillomavirus 16-L1 gene induces systemic and mucosal antibodies and cytotoxic T lymphocyte responses. J Med Virol 66, 86-95 (2002)
19. White S. A., A. F. LoBuglio, R. B. Arani, J. F. Pike, S. E. Moore, D. L. Barlow & R. M. Conry: Induction of antitumor immunity by intrasplenic administration of a carcinoembryonic antigen DNA vaccine. J Gene Med 2, 135-140 (2000)
20. Pertmer T. M., T. R. Roberts & J. R. Haynes: Influenza virus nucleoprotein-specific immunoglobulin G subclass and cytokine responses elicited by DNA vaccination are dependent on the route of vector DNA delivery. J Virol 70, 6119-6125 (1996)
21. Feltquate D. M., S. Heaney, R. G. Webster & H. L. Robinson: Different T helper cell types and antibody isotypes generated by saline and gene gun DNA immunization. J Immunol 158, 2278-2284 (1997)
22. Doe B., M. Selby, S. Barnett, J. Baenziger & C. M. Walker: Induction of cytotoxic T lymphocytes by intramuscular immunization with plasmid DNA is facilitated by bone marrow-derived cells. Proc Natl Acad Sci USA 93, 8578-8583 (1996)
23. Iwasaki A., C. A. Torres, P. S. Ohashi, H. L. Robinson & B. H. Barber: The dominant role of bone marrowderived cells in CTL induction following plasmid DNA immunization at different sites. J Immunol 159, 11-14 (1997)
24. Fu T. M., J. B. Ulmer, M. J. Caulfield, R. R. Deck, A. Friedman, S. Wang, X. Liu, J. J. Donnelly & M. A. Liu: Priming of cytotoxic T lymphocytes by DNA vaccines: requirement for professional antigen presenting cells and evidence for antigen transfer from myocytes. Mol Med 3, 362-371 (1997)
25. Corr M., A. von Damm, D. J. Lee & H. Tighe: In vivo priming by DNA injection occurs predominantly by antigen transfer. J Immunol 163, 4721-4727 (1999)
26. Condon C., S. C. Watkins, C. M. Celluzzi, K. Thompson & L. D. Falo, Jr.: DNA-based immunization by in vivo transfection of dendritic cells. Nat Med 2, 1122- 1128 (1996)
27. Casares S., K. Inaba, T. D. Brumeanu, R. M. Steinman & C. A. Bona: Antigen presentation by dendritic cells after immunization with DNA encoding a major histocompatibility complex class II-restricted viral epitope. J Exp Med 186, 1481-1486 (1997)
28. Song K., Y. Chang & G. J. Prud’homme: IL-12 plasmid-enhanced DNA vaccination against carcinoembryonic antigen (CEA) studied in immune-gene knockout mice. Gene Ther 7, 1527-1535 (2000)
29. Dranoff G: Coordinated tumor immunity. J Clin Invest 111, 1116-1118 (2003)
30. Curcio C., E. Di Carlo, R. Clynes, M. J. Smyth, K. Boggio, E. Quaglino, M. Spadaro, M. P. Colombo, A. Amici, P. L. Lollini, P. Musiani & G. Forni: Nonredundant roles of antibody, cytokines, and perforin in the eradication of established Her-2/neu carcinomas. J Clin Invest 111, 1161-1170 (2003)
31. Klinman D. M., A. K. Yi, S. L. Beaucage, J. Conover & A. M. Krieg: CpG motifs present in bacteria DNA rapidly induce lymphocytes to secrete interleukin 6, interleukin 12, and interferon gamma. Proc Natl Acad Sci USA 93, 2879-2883 (1996)
32. Ashkar A. A. & K. L. Rosenthal: Toll-like receptor 9, CpG DNA and innate immunity. Curr Mol Med 2, 545-556 (2002)
33. Agrawal S. & E. R. Kandimalla: Medicinal chemistry and therapeutic potential of CpG DNA. Trends Mol Med 8, 114-121 (2002)
34. Dalpke A., S. Zimmermann & K. Heeg: Immunopharmacology of CpG DNA. Biol Chem 383, 1491-1500 (2002)
35. Davila E., M. G. Velez, C. J. Heppelmann & E. Celis: Creating space: an antigen-independent, CpG-induced peripheral expansion of naive and memory T lymphocytes in a full T-cell compartment. Blood 100, 2537-2545 (2002)
36. Zinckgraf J. W. & L. K. Silbart: Modulating gene expression using DNA vaccines with different 3'-UTRs influences antibody titer, seroconversion and cytokine profiles. Vaccine 21, 1640-1649 (2003)
37. Xin K. Q., T. Ooki, N. Jounai, H. Mizukami, K. Hamajima, Y. Kojima, K. Ohba, Y. Toda, S. Hirai, D. M. Klinman, K. Ozawa & K. Okuda: A DNA vaccine containing inverted terminal repeats from adeno-associated virus increases immunity to HIV. J Gene Med 5, 438-445 (2003)
38. Hanke T., V. C. Neumann, T. J. Blanchard, P. Sweeney, A. V. Hill, G. L. Smith & A. McMichael: Effective induction of HIV-specific CTL by multi-epitope using gene gun in a combined vaccination regime. Vaccine 17, 589-596 (1999)
39. Smith B. F., H. J. Baker, D. T. Curiel, W. Jiang & R. M. Conry: Humoral and cellular immune responses of dogs immunized with a nucleic acid vaccine encoding human carcinoembryonic antigen. Gene Ther 5, 865-868 (1998)
40. Ito K., K. Ito, N. Shinohara & S. Kato: (2003) DNA immunization via intramuscular and intradermal routes using a gene gun provides different magnitudes and durations on immune response. Mol Immunol 39, 847-854 (2003)
41. Tuting T., A. Gambotto, P. D. Robbins, W. J. Storkus & A. B. DeLeo: Co-delivery of T helper 1-biasing cytokine genes enhances the efficacy of gene gun immunization of mice: studies with the model tumor antigen beta-galactosidase and the BALB/c Meth A p53 tumor-specific antigen. Gene Ther 6, 629-636 (1999)
42. Leitner W. W., M. C. Seguin, W. R. Ballou, J. P. Seitz, A. M. Schultz, M. J. Sheehy & J. A. Lyon: Immune responses induced by intramuscular or gene gun injection of protective deoxyribonucleic acid vaccines that express the circumsporozoite protein from Plasmodium berghei malaria parasites. J Immunol 159, 6112-6119 (1997)
43. Gregoriadis G., A. Bacon, W. Caparros-Wanderley & B. McCormack: A role for liposomes in genetic vaccination. Vaccine 20, Suppl 5:B1-9 (2002)
44. Singh M., M. Briones, G. Ott & D. O'Hagan: Cationic microparticles: A potent delivery system for DNA vaccines. Proc Natl Acad Sci USA 97, 811-816 (2000)
45. Drabick J. J., J. Glasspool-Malone, A. King & R. W. Malone: Cutaneous transfection and immune responses to intradermal nucleic acid vaccination are significantly enhanced by in vivo electropermeabilization. Mol Ther 3, 249-255 (2001)
46. Paster W., M. Zehetner, M. Kalat, S. Schuller & T. Schweighoffer: In vivo plasmid DNA electroporation generates exceptionally high levels of epitope-specific CD8+ T-cell responses. Gene Ther 10, 717-724 (2003)
47. Chen H.-W., Y.-P. Lee, Y.-F. Chung, Y.C. Shih, J.-P Tsai, M.-H. Tao, & C.-C Ting. Inducing long-term survival with lasting anti-tumor immunity in treating B-cell lymphoma by a combined cell-based and hydrodynamic plasmid-encoding IL-12 gene therapy. Internal Immunol 15:427-435 (2003)
48. Hung C. F. & T. C. Wu: Improving DNA vaccine potency via modification of professional antigen presenting cells. Curr Opin Mol Ther 5, 20-24 (2003)
49. Xiang R., F. J. Primus, J. M. Ruehlmann, A. G. Niethammer, S. Silletti, H. N. Lode, C. S. Dolman, S. D. Gillies & R. A. Reisfeld: A dual-function DNA vaccine encoding carcinoembryonic antigen and CD40 ligand trimer induces T cell-mediated protective immunity against colon cancer in carcinoembryonic antigen-transgenic mice. J Immunol 167, 4560-4565 (2001)
50. Hung C. F., K. F. Hsu, W. F. Cheng, C. Y. Chai, L. He, M. Ling & T. C. Wu: Enhancement of DNA vaccine potency by linkage of antigen gene to a gene encoding the extracellular domain of Fms-like tyrosine kinase 3-ligand. Cancer Res 61, 1080-1088 (2001)
51. Boyle J. S., J. L. Brady & A. M. Lew: Enhanced responses to a DNA vaccine encoding a fusion antigen that is directed to sites of immune induction. Nature 392, 408- 411 (1998)
52. Su Z., J. Vieweg, A. Z. Weizer, P. Dahm, D. Yancey, V. Turaga, J. Higgins, D. Boczkowski, E. Gilboa & J. Dannull: Enhanced induction of telomerase-specific CD4(+) T cells using dendritic cells transfected with RNA encoding a chimeric gene product. Cancer Res 62, 5041- 5048 (2002)
53. Ji H., T. L. Wang, C. H. Chen, S. I. Pai, C. F. Hung, K. Y. Lin, R. J. Kurman, D. M. Pardoll & T. C. Wu: Targeting human papillomavirus type 16 E7 to the endosomal/lysosomal compartment enhances the antitumor immunity of DNA vaccines against murine human papillomavirus type 16 E7-expressing tumors. Hum Gene Ther 10, 2727-2740 (1999)
54. Xiang R., H. N. Lode, T. H. Chao, J. M. Ruehlmann, C. S. Dolman, F. Rodriguez, J. L. Whitton, W. W. Overwijk, N. P. Restifo & R. A. Reisfeld: An autologous oral DNA vaccine protects against murine melanoma. Proc Natl Acad Sci USA 97, 5492-5497 (2000)
55. Rice J., S. Buchan & F. K. Stevenson: Critical components of a DNA fusion vaccine able to induce protective cytotoxic T cells against a single epitope of a tumor antigen. J Immunol 169, 3908-3918 (2002)
56. Cid-Arregui A., V. Juarez & H. zur Hausen: A synthetic E7 gene of human papillomavirus type 16 that yields enhanced expression of the protein in mammalian cells and is useful for DNA immunization studies. J Virol 77, 4928-4937 (2003)
57. Scheerlinck J. P., G. Casey, P. McWaters, J. Kelly, D. Woollard, M. W. Lightowlers, J. M. Tennent & P. J. Chaplin: The immune response to a DNA vaccine can be modulated by co-delivery of cytokine genes using a DNA prime-protein boost strategy. Vaccine 19, 4053-60 (2001)
58. Conry R. M., G. Widera, A. F. LoBuglio, J. T. Fuller, S. E. Moore, D. L. Barlow, J. Turner, N. S. Yang & D. T. Curiel: Selected strategies to augment polynucleotide immunization. Gene Ther 3, 67-74 (1996)
59. Irvine K. R., J. B. Rao, S. A. Rosenberg & N. P. Restifo: Cytokine enhancement of DNA immunization leads to effective treatment of established pulmonary metastases. J Immunol 156, 238-245 (1996)
60. Kim J. J., J. S. Yang, K. Dang, K.H. Manson, & D. B. Weiner. Engineering enhancement of immune responses to DNA-based vaccines in a prostate cancer model in rhesus macaques through the use of cytokine adjuvants. Clin Cancer Res 7:882s-889s (2001)
61. Biragyn A., M. Surenhu, D. Yang, P. A. Ruffini, B. A. Haines, E. Klyushnenkova, J. J. Oppenheim & L. W. Kwak: Mediators of innate immunity that target immature, but not mature, dendritic cells induce antitumor immunity when genetically fused with nonimmunogenic tumor antigens. J Immunol 167, 6644-6653 (2001)
62. Kim J. J., J. S. Yang, T. Dentchev, K. Dang & D. B. Weiner: Chemokine gene adjuvants can modulate immune responses induced by DNA vaccines. J Interferon Cytokine Res 20, 487-498 (2000)
63. Kim T. W., C. F. Hung, M. Ling, J. Juang, L. He, J. M. Hardwick, S. Kumar and T. C. Wu: Enhancing DNA vaccine potency by coadministration of DNA encoding antiapoptotic proteins. J Clin Invest 112, 109-117 (2003)
64. Cappello P., F. Triebel, M. Iezzi, C. Caorsi, E. Quaglino, P. L. Lollini, A. Amici, E. Di Carlo, P. Musiani, M. Giovarelli & G. Forni: LAG-3 Enables DNA vaccination to persistently prevent mammary carcinogenesis in HER-2/neu transgenic BALB/c Mice. Cancer Res 63, 2518-25 (2003)
65. He Y., A. A. Pimenov, J. V. Nayak, J. Plowey, L. D. Falo, Jr. & L. Huang: Intravenous injection of naked DNA encoding secreted flt3 ligand dramatically increases the number of dendritic cells and natural killer cells in vivo. Hum Gene Ther 11, 547-554 (2002)
66. Fong C. L. & K. M. Hui: Generation of potent and specific cellular immune responses via in vivo stimulation of dendritic cells by pNGVL3-hFLex plasmid DNA and immunogenic peptides. Gene Ther 9, 1127-1138 (2002)
67. Weber L. W., W. B. Bowne, J. D. Wolchok, R. Srinivasan, J. Qin, Y. Moroi, R. Clynes, P. Song, J. J. Lewis & A. N. Houghton: Tumor immunity and autoimmunity induced by immunization with homologous DNA. J Clin Invest 102, 1258-1264 (1998)
68. Su J. M., Y. Q. Wei, L. Tian, X. Zhao, L. Yang, Q. M. He, Y. Wang, Y. Lu, Y. Wu, F. Liu, J. Y. Liu, J. L. Yang, Y. Y. Lou, B. Hu, T. Niu, Y. J. Wen, F. Xiao, H. X. Deng, J. Li & B. Kan: Active immunogene therapy of cancer with vaccine on the basis of chicken homologous matrix metalloproteinase-2. Cancer Res 63, 600-607 (2003)
69. Hawkins W. G., J. S. Gold, N. E. Blachere, W. B. Bowne, A. Hoos, J. J. Lewis & A. N. Houghton: Xenogeneic DNA immunization in melanoma models for minimal residual disease. J Surg Res 102, 137-143 (2002)
70. Bergman P. J., J. McKnight, A. Novosad, S. Charney, J. Farrelly, D. Craft, M. Wulderk, Y. Jeffers, M. Sadelain, A. E. Hohenhaus, N. Segal, P. Gregor, M. Engelhorn, I. Riviere, A. N. Houghton & J. D. Wolchok: Long-term survival of dogs with advanced malignant melanoma after DNA vaccination with xenogeneic human tyrosinase: a phase I trial. Clin Cancer Res 9, 1284-1290 (2003)
71. Wei Y.-Q., M.-J. Huang, L. Yang, X. Zhao, L. Tian, Y. Lu, J.- M. Shu, C.-J. Lu, T. Niu, B. Kang, Y.-Q. Mao, F. Liu, Y.-J. Wen, S. Lei, F. Luo, L.-Q. Zhou, F. Peng, Y. Jiang, J.-Y. Liu, H. Zhou, Q.-R. Wang, Q.-M. He, F. Xiao, Y.-Y. Lou, X.-J. Xie, Q. Li, Y. Wu, Z.-Y. Ding, B. Hu, M. Hu & W. Zhang: Immunogene therapy of tumors with vaccine based upon Xenopus homologous vascular endothelial growth factor as a model antigen. Proc Natl Acad Sci USA 98, 11545-11550 (2001)
72. Fong L., D. Brockstedt, C. Benike, J. K. Breen, G. Strang, C. L. Ruegg & E. G. Engleman: Dendritic cellbased xenoantigen vaccination for prostate cancer immunotherapy. J Immunol 167, 7150-7156 (2001)
73. Woodberry T., J. Gardner, S. L. Elliott, S. Leyrer, D. M. Purdie, P. Chaplin & A. Suhrbier: Prime boost vaccination strategies: CD8 T cell numbers, protection, and Th1 bias. J Immunol 170, 2599-2604 (2003)
74. Pasquini S., S. Peralta, E. Missiaglia, L. Carta & N. R. Lemoine: Prime-boost vaccines encoding an intracellular idiotype/GM-CSF fusion protein induce protective cellmediated immunity in murine pre-B cell leukemia. Gene Ther 9, 503-510 (2002)
75. Otten G., M. Schaefer, C. Greer, M. Calderon-Cacia, D. Coit, J. Kazzaz, A. Medina-Selby, M. Selby, M. Singh, M. Ugozzoli, J. Zur Megede, S. W. Barnett, D. O'Hagan, J. Donnelly & J. Ulmer: Induction of broad and potent antihuman immunodeficiency virus immune responses in rhesus macaques by priming with a DNA vaccine and boosting with protein-adsorbed polylactide coglycolide microparticles. J Virol 77, 6087-6092 (2003)
76. Wang R., D. L. Doolan, T. P. Le, R. C. Hedstrom, K. M. Coonan, Y. Charoenvit, T. R. Jones, P. Hobart, M. Margalith, J. Ng, W. R. Weiss, M. Sedegah, C. de Taisne, J. A. Norman, & S. L. Hoffman: Induction of antigenspecific cytotoxic T lymphocytes in humans by a malaria DNA vaccine. Science 28, 476-480 (1998)
77. Roy M. J., M. S. Wu, L. J. Barr, J. T. Fuller, L. G. Tussey, S. Speller, J. Culp, J. K. Burkholder, W. F. Swain, R. M. Dixon, G. Widera, R. Vessey, A. King, G. Ogg, A. Gallimore, J. R. Haynes & D. Heydenburg Fuller: Induction of antigen-specific CD8+ T cells, T helper cells, and protective levels of antibody in humans by particlemediated administration of a hepatitis B virus DNA vaccine. Vaccine 19, 764-778 (2000)
78. MacGregor R. R., R. Ginsberg, K. E. Ugen, Y. Baine, C. U. Kang, X. M. Tu, T. Higgins, D. B. Weiner & J. D. Boyer: T-cell responses induced in normal volunteers immunized with a DNA-based vaccine containing HIV-1 env and rev. AIDS 16, 2137-2143 (2002)
79. Calarota S., G. Bratt, S. Nordlund, J. Hinkula, A. C. Leandersson, E. Sandstrom & B. Wahren: Cellular cytotoxic response induced by DNA vaccination in HIV-1- infected patients. Lancet 351, 1320-1325 (1998)
80. Conry R. M., D. T. Curiel, T. V. Strong, S. E. Moore, K. O. Allen, D. L. Barlow, D. R. Shaw & A. F. LoBuglio: Safety and immunogenicity of a DNA vaccine encoding carcinoembryonic antigen and hepatitis B surface antigen in colorectal carcinoma patients. Clin Cancer Res 8, 2782- 2787 (2002)
81. Rosenberg S. A., J. C. Yang, R. M. Sherry, P. Hwu, S. Topalian, D. J. Schwartzentruber, N. P. Restifo, L. R. Haworth, C. A. Seipp, L. J. Freezer, K. E. Morton, S. A. Mavroukakis & D. E. White: Inability to immunize patients with metastatic melanoma using plasmid DNA encoding the gp100 melanoma-melanocyte antigen. Hum Gene Ther 14, 709-714 (2003)
82. Tagawa S. T., P. Lee, J. Snively, W. Boswell, S. Ounpraseuth, S. Lee, B. Hickingbottom, J. Smith, D. Johnson, & J.S. Weber. Phase I study of intranodal delivery of a plasmid DNA vaccine for patients with Stage IV melanoma. Cancer 98, 144-154 (2003)
83. Pavlenko, M., A. K. Ross, A. Lundqvist, A. Palmborg, A.M. Miller, V. Ozenci, B. Bergman, L. Egevad, M. Hellstrom, R. Kiessling, G. Masucci, P. Wersall, S. Nilsson, & P. Pisa. A phase I trial of DNA vaccination with a plasmid expressing prostate-specific antigen in patients with hormone-refractory prostate cancer. Br J Cancer 91, 688-694 (2004)
84. Timmerman J. M., G. Singh, G. Hermanson, P. Hobart, D. K. Czerwinski, B. Taidi, R. Rajapaksa, C. B. Caspar, A. Van Beckhoven & R. Levy: Immunogenicity of a plasmid DNA vaccine encoding chimeric idiotype in patients with B-cell lymphoma. Cancer Res 62, 5845-5852 (2002)
85. Timmerman J. M. & R. Levy: The history of the development of vaccines for the treatment of lymphoma. Clin Lymphoma 1, 129-139 (2000)
86. Bendandi M., C. D. Gocke, C. B. Kobrin, F. A. Benko, L. A. Sternas, R. Pennington, T. M. Watson, C. W. Reynolds, B. L. Gause, P. L. Duffey, E. S. Jaffe, S. P. Creekmore, D. L. Longo & L. W. Kwak: Complete molecular remissions induced by patient-specific vaccination plus granulocyte-monocyte colony-stimulating factor against lymphoma. Nat Med 5, 1171-1177 (1999)
87. Klencke B., M. Matijevic, R. G. Urban, J. L. Lathey, M. L. Hedley, M. Berry, J. Thatcher, V. Weinberg, J. Wilson, T. Darragh, N. Jay, M. Da Costa & J. M. Palefsky: Encapsulated plasmid DNA treatment for human papillomavirus 16-associated anal dysplasia: a Phase I study of ZYC101. Clin Cancer Res 8, 1028-1037 (2002)
88. Sheets E. E., R. G. Urban, C. P. Crum, M. L. Hedley, J. A. Politch, M. A. Gold, L. I. Muderspach, G. A. Cole & P. A. Crowley-Nowick: Immunotherapy of human cervical high-grade cervical intraepithelial neoplasia with microparticle-delivered human papillomavirus 16 E7 plasmid DNA. Am J Obstet Gynecol 188, 916-926 (2003)
89. Stevanovic S.: Identification of tumour-associated Tcell epitopes for vaccine development. Nat Rev Cancer 2, 514-520 (2002)
90. Nelson P. S.: Identifying immunotherapeutic targets for prostate carcinoma through the analysis of gene expression profiles. Ann NY Acad Sci 975, 232-46 (2002)
91. Schultze J. L. & R. H. Vonderheide: From cancer genomics to cancer immunotherapy: toward secondgeneration tumor antigens. Trends Immunol 22, 516-523 (2001)
92. Chen Y. T.: Cancer vaccine: identification of human tumor antigens by SEREX. Cancer J 6, Suppl 3, S208-217 (2000)
93. Naour F. L., F. Brichory, L. Beretta & S. M. Hanash: Identification of tumor-associated antigens using proteomics. Technol Cancer Res Treat 1, 257-262 (2002)
94. Niethammer A. G., R. Xiang, J. C. Becker, H. Wodrich, U. Pertl, G. Karsten, B. P. Eliceiri & R. A. Reisfeld: A DNA vaccine against VEGF receptor 2 prevents effective angiogenesis and inhibits tumor growth. Nat Med 8, 1369-1375 (2002)
95. Xiang R., N. Mizutani, Y. Lou, C. Chiodoni, H. Zhou, M. Mizutani, Y. Ba, J.C. Becker, & R. A. Reisfeld: A DNA vaccine targeting survivin combines apoptosis with suppression of angiogenesis in lung tumor eradication. Cancer Res 65, 553-561, (2005)
96. McConkey S. J., W. H. Reece, V. S. Moorthy, D. Webster, S. Dunachie, G. Butcher, J. M. Vuola, T. J. Blanchard, P. Gothard, K. Watkins, C. M. Hannan, S. Everaere, K. Brown, K. E. Kester, J. Cummings, J. Williams, D. G. Heppner, A. Pathan, K. Flanagan, N. Arulanantham, M. T. Roberts, M. Roy, G. L. Smith, J. Schneider, T. Peto, R. E. Sinden, S. C. Gilbert & A. V. Hill: Enhanced T-cell immunogenicity of plasmid DNA vaccines boosted by recombinant modified vaccinia virus Ankara in humans. Nat Med 9, 729-735 (2003)

Адрес для корреспонденции: Dr. Theresa V. Strong, WTI 558, 1530 3rd Avenue South, University of Alabama at Birmingham, Birmingham, AL 35294-3300, Tel: 205-975-9878, Fax: 205-934-9511, E-mail: tvstrong@uab.edu

Портал «Вечная молодость» www.vechnayamolodost.ru

19.05.2008

Читать статьи по темам:

вакцина генотерапия иммунная система лечение рака Версия для печати
Ошибка в тексте?
Выдели ее и нажми ctrl + enter
назад

Читать также:

Вакцинация спасает жизни

Перед учеными встала задача создать эффективную вакцину против вируса папилломы человека, а значит, и против рака шейки матки. И они были созданы: квадривалентная вакцина Гардасил и бивалентная кандидатная вакцина компании GlaxoSmithKline.

читать

Терапевтические противоопухолевые вакцины – дело скорого будущего

До появления на рынке терапевтическим противоопухолевым вакцинам предстоит преодолеть еще немало трудностей, самой сложной из которых является доказательство эффективности.

читать