Подписаться на новости
  • Сенатор
  • ООО "Ай Вао"
  • Vitacoin

Большие амбиции петербургской биомедицины

Петербургские фирмы заморозят рак и поборются с болезнью Паркинсона

Софья Вертипорох, для «Фонтанки.ру»

В феврале несколько петербургских биомедицинских компаний стали участниками инновационного центра «Сколково». Тогда их руководство высказало довольно амбициозные планы. Излечить россиян от рака, разработать новые методы лечения тяжелых ран, провести всестороннюю ДНК-диагностику населения страны. Как будут делать это петербуржцы, и сколько денег нужно, чтобы их идеи дошли до рынка, узнал корреспондент «Фонтанки».

Посеребрить раны

Руководитель научно-исследовательской лаборатории клинической патофизиологии Военно-медицинской академии профессор Владислав Попов занимается лечением тяжелых ран уже много лет. Во время войны в Афганистане он возглавлял группу ученых, исследовавших травмы, нанесенные современными видами огнестрельного оружия. Семь лет ездил из Ленинграда в главный госпиталь 40-й армии в Кабуле и медсанбат воюющей дивизии в поселке Баграм. И заметил: что-то не так идет в лечении наших солдат.

«Мы взвешивали некротические ткани, иссеченные у пациентов сразу после ранения, а затем – на третьи-четвертые сутки при повторной хирургической обработке. Оказалось, что объем погибших тканей во втором случае у 30 % солдат был больше, чем в первом. То есть негативные процессы развивались в ранах, несмотря на раннее оперативное вмешательство. И даже опытные хирурги не могли это предупредить», – говорит Владислав Попов.

Технологию лечения надо было совершенствовать. Но как? В 80-е годы XX века врачи догадывались об этом, но реализовать свои идеи  не могли. Только в начале 2000-х с развитием нанотехнологий стало понятно: проблема кроется... в повязке, которая накладывается на раны.

«Пострадавшим на поле боя до сих пор оказывают первую помощь “по старинке”. Останавливают кровотечение, закрывают рану с помощью индивидуального перевязочного пакета – ватно-марлевых подушечек и бинта, – говорит Попов. – Такая система не предусматривает активного воздействия на раневой процесс. А ведь уже на этом этапе в тканях резко усиливается обмен веществ, развивается так называемый “пожар обмена”. В зоне повреждения накапливается большое количество агрессивных элементов». Обычные вата и марля не могут этому противостоять.

Вместо них необходимо применять биоактивные раневые покрытия, считает Попов. Это повязки нового поколения, которые могут эффективно воздействовать на рану уже в первые минуты после их применения. Профессор и его коллеги разработали две модели покрытий – на основе бактериальной целлюлозы и акриламидного гидрогеля. Оба насыщены лечебными нанобиокомпозитами, к примеру, мельчайшими частицами серебра, раствором фуллерена С60. «За рубежом и в России ученые активно занимаются разработкой подобных покрытий. Однако ни одно из них не воздействует на основные механизмы раневого процесса так же комплексно, как наши», – отмечает Владислав Попов.

Сейчас в Военно-медицинской академии проводятся доклинические испытания «наноповязок». У подопытных крыс и кроликов они сокращают сроки заживления ран на 17-20 процентов. Аналогичного, а может, и большего эффекта удастся добиться для раненых и пострадавших солдат. Но для начала клинических испытаний нужно получить лицензию на изобретения. Исследователи уже создали фирму «Биокомпозит», которая обратится за грантом в инновационный центр «Сколково» и к еще одному, независимому, инвестору. Первоначально она запросит скромные 1,5 миллиона рублей, но в процессе работы над проектом сумма вложений может увеличиться в десятки раз.

Если все пойдет хорошо, повязки выйдут на рынок через несколько лет. Они пригодятся не только военным или специалистам МЧС, но и гражданским медикам.

Смоделировать «Паркинсона»

Болезнь Паркинсона. Альцгеймера. Гентингтона. Прогрессирующий надъядерный паралич. Мультисистемная атрофия. По-настоящему эффективных методов лечения этих заболеваний, называемых нейродегенеративными, пока не придумано. Максимум, что может предложить современная медицина – облегчение симптомов.

«В ближайшие 10 – 15 лет необходимые лекарства, впрочем, будут созданы, – считают сотрудники петербургской фирмы «НекстГен». – Вопрос заключается в том, как их тестировать с точки зрения безопасности и эффективности». Именно его предприятие попытается разрешить в качестве резидента «Сколково».

«Каким может быть лекарство от болезни Паркинсона или Альцгеймера? Учитывая, что в основе этих заболеваний лежат генные поломки, скорее всего, и “ремонтировать” их придется на генном уровне, – рассуждает Роман Деев, медицинский директор Института стволовых клеток человека, московской компании, которой принадлежит «НекстГен». – Сегодня ситуация с испытаниями таких препаратов – весьма сложная. Сразу проводить тестирование на человеке, исходя из современной практики клинических исследований,  невозможно и некорректно. А на животных каждую генетическую мутацию, свойственную людям, не смоделируешь».

Поэтому «НекстГен» предлагает создать модели нейродегенеративных заболеваний в пробирке. «Для этого можно взять у больного биопсию клеток самой доступной ткани, к примеру, кожи, – объясняет Роман Деев. – С помощью молекулярных операций мы “отмотаем” их историю в самое раннее, стволовое состояние. А затем вновь “состарим”, наделив любыми нужными функциями. Например, “превратим” их в нейроны черной субстанции, из-за изменений в которых развивается болезнь Паркинсона».

Разработка клеточных моделей займет несколько лет, готовый продукт будет предназначен для фармацевтических компаний. С его помощью можно будет тестировать лекарства для пациентов с болезнью Паркинсона или "больных Альцгеймером" сколько угодно: это и этично, и безопасно. При этом клеточные тест-системы – не единственный сколковский проект, который планирует реализовать петербургская фирма. Не исключено, что вместе с головной компанией она будет также участвовать в создании ДНК-чипа для диагностики генетических заболеваний. «Он поможет выявить предрасположенность к более чем 450 мутациям и полиморфизмам, наиболее характерным для России», – поясняет Роман Деев.

Сколько денег надо, чтобы обе разработки вышли на рынок? На этот вопрос Деев однозначно не отвечает. «Мы будем претендовать на грант в верхнем сегменте предложений «Сколково» (максимальная сумма, которую предоставляет фонд – 300 миллионов рублей. – Прим. «Фонтанки»), – говорит он. – При этом других внешних инвесторов для проектов, скорее всего, не потребуется: софинансировать разработки будет сам Институт стволовых клеток человека».

Заморозить рак

В руках у ведущего научного сотрудника НИИ онкологии им. Н. Н.Петрова и директора Международного института криомедицины профессора Георгия Прохорова – небольшой металлический предмет. Издалека чуть-чуть похож на скальпель, но – только издалека. Золотистая поверхность. Утолщение на одном конце. Несколько маленьких клапанов – совсем как кнопки миниатюрной флейты. И – тонкая 20-сантиметровая игла. Так выглядит криозонд – одна из деталей уникальной криотерапевтической системы, над созданием которой работает группа петербургских инженеров и онкологов.

«Она станет одним из инструментов, которые помогут реализовать новую идеологию лечения онкологических заболеваний, – уверен профессор. – Но это – в будущем». Пока основная задача нового аппарата – спасти пациентов, страдающих от опухолей, которые невозможно удалить оперативным путем. К примеру, криозонд безопасно проникнет в глубокие отделы головного мозга, куда не могут добраться руки хирурга, и «убьет» раковые клетки с помощью холода: температура на его конце минус 185 градусов С.

«В основе разработки – открытия, которые были сделаны еще в XX веке, – поясняет Георгий Прохоров. – Тогда ученые обнаружили, что некоторые новообразования можно разрушить низкой температурой. Благодаря работам НИИ цитологии РАН сегодня мы знаем больше: с помощью холода можно не только “убить” раковые клетки, но и значительно повысить количество стволовых клеток вокруг обрабатываемого места. А это способствует полноценной регенерации окружающих тканей».

Первые аппараты, позволяющие «замораживать» опухоли внутри человеческого тела, были созданы в середине XX века в США и СССР. С тех пор в мире идет негласное соревнование, к которому уже успели подключиться Германия, Израиль, Китай: криосистемы становятся дешевле и удобнее, зонды – все тоньше. «Сегодня диаметр самого совершенного зонда составляет 1,42 миллиметра. Он является частью американской системы Cryo-CS. Однако у нее слишком высокая цена: базовая комплектация стоит 430 тысяч евро. Более того, для охлаждения в ней используется дорогостоящий аргон, а криозонды могут быть использованы только однократно и они очень дороги», – поясняет ученый.

Петербургская криосистема будет стоить примерно в два раза дешевле и преодолеет многие недостатки уже существующих моделей, обещает профессор. Отечественный зонд толщиной 1,35 миллиметра станет самым тонким в мире. Работать он будет на  жидком азоте (25 рублей за литр). «На нескольких питерских предприятиях нам удалось найти специалистов “старой закалки” – мастеров, умеющих изготовить металлические трубки с толщиной стенки в 50 микрон, знатоков вакуумной и криогенной техники, лазерной микросварки, которые могут воплотить эти идеи в жизнь», – отмечает профессор.

У «Сколково» Международный институт криомедицины просит весьма крупный грант – 300 миллионов рублей. «Деньги нужны на создание уникального опытного производства, – рассказывает Георгий Прохоров. – Сейчас необходимо завершить доработку многих деталей – создать систему многоканального температурного контроля, тонкой очистки хладоагента, систему голосового управления, термоизолированные гибкие шланги и многое другое. Криозонд – только “кончик” системы». Сделать все это надо в течение года. Иначе русский рынок успеют заполнить американцы и израильтяне.

P. S.: Заметим, что, как бы ни были хороши планы петербургских инновационных компаний, они не обязательно воплотятся в жизнь. Попросить грант у «Сколково» может любой участник проекта. А вот получить реальное финансирование, по статистике, может только один из пяти резидентов инновационного центра.

Портал «Вечная молодость» http://vechnayamolodost.ru
29.02.2012

Читать статьи по темам:

биомедицина внедрение высоких технологий наука в России Версия для печати
Ошибка в тексте?
Выдели ее и нажми ctrl + enter
назад

Читать также:

Инновационный конвент: итоги

Молодежный инновационный конвент показал российскому обществу серию блестящих технологических разработок, часть из которых уже успешно коммерциализована. Новое поколение технократов готово к новым вызовам, и государству следует им помочь.

читать

Российские биочипы для медицины и фармакологии

Участники Международного экспертного совещания «Результаты участия российских ученых в международном научно-техническом сотрудничестве по проблем медицины и фармакологии»отметили высокий научный потенциал России в области медико-биологических и фармакологических исследований и наличие высококвалифицированных кадров.

читать

В авангарде знаний

В конкурсе «Авангард Знаний» может принять участие любой ученый, ведущий собственные исследования в области химии, биологии, фармакологии и медицины.

читать

Биомедицинский инноград

После очередного пополнения общее количество участников иннограда «Сколково» составляет 304. Из них 91 – резиденты кластера биомедицинских технологий.

читать

Биофармацевтика в авангарде знаний

На IV Всероссийском Фестивале науки организаторы конкурса научных работ в области химии, биологии и фармацевтики «Авангард Знаний» наградили авторов лучших научных работ в области кардиологии и онкологии.

читать

Биосенсорные технологии молекулярной диагностики для персонифицированной медицины

Проект «Биосенсорные технологии молекулярной диагностики для персонифицированной медицины» получил статус участника инновационного центра «Сколково». Начало серийного производства биосенсоров запланировано на 2014 год.

читать