Подписаться на новости
  • Сенатор
  • ООО "Ай Вао"
  • Биомолтекст2020
  • vsh25
  • Vitacoin

Наука, которую мы потеряли

НАУЧНАЯ КАРЬЕРА И ЗАРАБОТКИ СОВМЕСТИМЫ?
Арина Саламонова, E-Профессионал.ру

Статистика показала, что заработная плата российских исследователей и ученых составляет в среднем 16000 рублей в месяц, или приблизительно 5333 евро в год. На таком фоне доходы их американских, японских и австралийских коллег, превышающие 60000 евро в год, кажутся баснословными. Становится понятным, почему ежегодно 20000 лучших умов Родины уезжают за океан.

Как пишет Александр Фараносов в статье «Проблемы утечки мозгов из России» (с небольшими сокращениями приведена ниже – ВМ), беда страны заключается вовсе не в оттоке ученых заграницу. Нам еще далеко до масштабов миграции Западной Европы. Но у тех же Германии, Франции и Великобритании, регулярно теряющих гораздо больше светлых голов, существует отличная база для восполнения кадров, да и ученые этих стран, как правило, имеют возможность весть параллельные проекты на родине ввиду небольшого расстояния между государствами.

В России же отсутствует подобный механизм воспроизводства интеллектуальных ресурсов. Печально, но факт: в 1992 году в стране насчитывалось около 900 тыс. ученых, ведущих активную научную деятельность. Сейчас лишь 450 тыс. специалистов можно формально причислить к их когорте, но из них лишь 100 тыс. человек более половины своего рабочего времени реально уделяют исследовательской работе. Средний возраст наших ученых на данный момент составляет 46 лет, кандидатов наук – 53 года, докторов наук – 60 лет. Доля специалистов, имеющих возраст от 50 до 70 лет, превышает 50%, тогда как в конце 80-х гг. она не доходила и до 27%.

Не разработана в нашей стране и методика привлечения иностранных научных работников, а зря: по некоторым оценкам, приводимым Фараносовым, от привлечения одного учёного-гуманитария США выигрывают около 230 тысяч долларов, инженера – 253 тысячи, врача – 646 тысяч, специалиста научно-технического профиля – 800 тысяч.

Учет финансовых потерь от «утечки мозгов» в России тоже не ведется. Эксперты утверждают, что урон, наносимый эмиграцией одного специалиста отечественной экономике, составляет до 3-4 миллиардов долларов.

Согласно оценкам сайта polit-info.ru, в настоящее время зарплата в сфере «Наука и научное обслуживание» в 2,5 раза ниже, чем в банках, в 2,2 – по сравнению с отраслями, связанными с кредитованием, финансами и страхованием; уровень зарплаты работников транспорта превышал аналогичную величину в 2,1 раза, работников судебных и юридических учреждений, строительства и отраслей материально-технического снабжения – в 1,8 раза.

Ниже, чем в науке, величина заработной платы только в таких отраслях, как сельское хозяйство, отрасли непроизводственных видов обслуживания населения, культура и искусство, образование и лесное хозяйство.

Ниже мы приводим показатели средней заработной платы в научной и исследовательской сфере по странам Западной и Восточной Европы, США и Австралии. Взглянувшим на данные цифры станет понятно, почему тысячи наших лучших умов предпочитают жизнь в эмиграции карьере на Родине.

Китай

  3.150

Болгария

  3.556

Румыния

  6.286

Словакия

  9.178

Латвия

10.488

Польша

11.659

Эстония

11.748

Литва

13.851

Венгрия

15.812

Turkey

16.249

Хорватия

16.671

Чехия

19.620

Греция

25.685

Словения

27.756

Мальта

28.078

Португалия

29.001

Испания

34.908

Италия

36.201

Израиль

42.552

Финляндия

44.635

Кипр

45.039

Исландия

50.803

Франция

50.879

Великобритания

56.048

Швеция

56.053

Германия

56.132

Бельгия

58.462

Норвегия

58.997

Нидерланды

59.103

США

60.156

Ирландия

60.727

Дания

61.355

Австрия

62.406

Люксембург

63.865

Австралия

64.150

Япония

68.872

Швейцария

82.725

ПРОБЛЕМЫ УТЕЧКИ МОЗГОВ ИЗ РОССИИ
Александр Фараносов, International Journal of Russian Studies

«Утечка мозгов» в современной России носит неоднозначный характер. Прежде всего, это выражается в дифференцируемом подходе к рассмотрению подобного явления. Достаточно проблематично на деле оказывается определить валидность различных мнений и высказываний приближённых к данной теме и несколько отдалённых от неё людей. Во-первых, это заключается в том, что очень трудно оценить действительные объёмы как реального оттока учёных, так и латентного. Во-вторых, выявление доминирующего мнения по данному вопросу жёстко бьёт по предположениям и заявлениям, не относящимся к доминирующему либо опровергающих его. Так или иначе, попробуем рассмотреть наиболее известные точки зрения по этому вопросу.

«Утечка мозгов» – наша беда

Проблему «утечки мозгов» в России часто связывают только с процессом уезда за границу учёных и специалистов наивысшей квалификации. Это не совсем правильно. Несомненно, если за границу уедет обычный труженик небольшого завода, то этот ничем не примечательный факт может просто остаться незамеченным. Другое дело – если Россию покидают высококвалифицированные учёные и академики. По некоторым оценкам за период с 1999 по 2004 г. Россию покинули 25,000 учёных, а 30,000 ежегодно работают по системе контрактов за рубежом, что составляет примерно 5-6% от общего научного потенциала страны. Можно выявить несколько причин «утечки мозгов»: слабая обеспеченность материально-технической и приборной базы, недостаточное внимание государства и общества в сфере научных исследований, низкий уровень оплаты труда как молодого учёного, так и учёного высшей квалификации, слабая интеграция фундаментальной науки с государственными и частными предприятиями, низкий престиж статуса учёного в России.

Важнейшим условием появления столь значимого явления в российской государственности, а точнее приобретение «утечки мозгов» масштабности, стало не менее важное событие, как фактическое открытие границ, связанное с перестройкой и в дальнейшем с распадом СССР.

В связи с этим уже тогда страна впервые ощутила падение качества образования, вызванное огромным потоком эмиграции советских евреев и этнических немцев в Израиль и Германию соответственно. Особенно существенным оказался, поток эмигрантов в Израиль. Сотни тысяч советских евреев в большинстве своём имели высшее образование и считались высококлассными специалистами в определённых сферах. Многие из них занимали непосредственные позиции в составе научного сообщества СССР. Таким образом, они пополнили и упрочили позиции Израиля в образовании, науке и других сферах, способствуя определению специалистов из этой страны, конкурентоспособными на научном и высококвалифицированном рынке труда. Большинство российских учёных, покинувших страну после развала СССР, были ведущими исследователями своих университетов и НИИ, а также академики РАН. Ранее считалось, что односторонняя утечка не может привести к каким-либо весьма плачевным результатам в науке и других сферах. Но такие чрезмерные оптимисты, возможно, не учитывали один важный факт: одним из важнейших условий нормального существования и функционирования системы является то, как эта система восполняет естественный и искусственный отток кадров, как она может восполнять эти интеллектуальные потери. Говоря простым языком, количество оттока высококвалифицированных кадров, прежде всего в научной сфере, должен был восполняться примерно равным количеством приходящим количеством учёных, «выращенных» своим образованием, как молодых, так и достаточно опытных, которые могли бы практически безболезненно для отрасли влиться и продолжить научную и иную работу. Но нашей системе оказалось нечего предложить в данном вопросе. Получилось так, что количество уезжающих учёных превысило количество подготавливаемых, что в перспективе означало кризис или стагнацию науки и образования. Даже если принять тот факт, что в среднем Россию покидают 20000 учёных в год, то эта цифра оказывается незначительна, поскольку она меньше, чем миграция между ведущими странами Европы: Германией, Францией, Италией. Но в этих странах есть та основа, способствующая восполнению кадров, да и учёные этих стран, как правило, поддерживают связь со своей страной и попутно могут заниматься научно-исследовательской работой у себя на Родине в виду небольших расстояний между государствами.

К тому же в современных условиях наметилась тенденция к увеличению среднего возраста людей, занятых в науке. Этот средний возраст на данный момент составляет 46 лет, кандидатов наук – 53 года, докторов наук – 60 лет. Стоит отметить, что доля учёных, имеющих возраст от 50 до 70 лет составляет более 50%, тогда как в конце 80-х гг. она не превышала 27%.

В 1992 году в России было около 900 тысяч учёных, активно занимающихся наукой. Сейчас же около 450 тысяч специалистов можно формально назвать учёными, из них лишь около 100 тысяч более половины своего рабочего времени уделяют изучению неисследованных областей и совершенствованию существующей и разработку новой техники. Остальная же часть, скорее всего, хочет продолжить свою научную карьеру, но не располагает необходимыми условиями, возможностями, оборудованием, мотивацией для осуществления серьёзных исследований.

В основном, российские учёные едут работать туда, где лучше условия – в Западную Европу и Северную Америку. Такие страны, в первую очередь, преследуют цель наиболее эффективно и с минимальными затратами пополнить качественно свою науку и образование. Так, например, по некоторым оценкам США от привлечения одного учёного-гуманитария выигрывает около 230 тысяч долларов, инженера – 253 тысячи, врача – 646 тысяч, специалиста научно-технического профиля – 800 тысяч. Согласно данным Госкомстата РФ, в страны вне СНГ за период с 1999 по 2004 годы Россию покинуло около 340,000 наших сограждан. Путём нехитрых подсчётов получаем, что почти каждый 13 эмигрант – учёный! Конечно же уезжают специалисты не всех профилей и специальностей. Основная группа эмигрантов – это программисты, биотехнологи, молекулярные генетики, реставраторы.

Совсем недавно вектор направления утечки сместился в сторону третьих стран, таких как Парагвай, Венесуэла, Северная и Южная Кореи, Бразилия.

Оценки экспертов по всему миру тоже не внушают оптимизма. По данным Комиссии по образованию Совета Европы, потери РФ от эмиграции учёных ежегодно составляют 50-60 млрд. долларов, а по более скромным расчётам, с отъездом одного крупного учёного, Россия в среднем теряет порядка 300,000 долларов.

В последнее время в большинстве стран мира намечается устойчивая тенденция к увеличению числа занятых в сфере научно-исследовательских работ. Так, в Финляндии насчитывается около 200 человек, в Швеции – свыше 150, во Франции и Японии – 135 человек на 10000 занятых. Спрос на исследования и интеллектуальные знания постоянно возрастает, что выражается в постоянном увеличении заработной платы в этих странах по сравнению со средней. Но для наших учёных, уезжающих за рубеж, заработная плата, как правило, в 4 раза ниже той, которую получает иностранный специалист аналогичной квалификации. Исследования эмигрантской среды показывают, что лишь только 5 часть всех учёных-эмигрантов благополучно устраиваются на новом месте, причем 2-3 года только уходит на адаптацию.

Ещё одним каналом утечки умов следует признать смену профессии. Учёный, не добившись конкретных результатов в своей научной деятельности, по разным причинам, может уйти в бизнес, либо просто поменять сферу своей деятельности. Эта проблема, вполне возможно, является даже более существенней, чем отток кадров за рубеж. За годы реформ в России был почти уничтожен главный потребитель научных разработок – наукоёмкая промышленность, что послужило закономерного процесса становления страны в сырьевую колонию Запада.
Доля России в мировом наукоёмком секторе упала с 7,3% в 1992 году до 0,9% в 2000 году, в то время как, США увеличило свою долю с 28,1% (1992) до 33,9% в 2000 году.

Почему?

До сих пор трудно окончательно ответить на вопрос: «Почему же проблема «утечки мозгов» активизировалась и стала актуальна в последнее время?» Так или иначе, этот вопрос затрагивается и в российских СМИ и в повседневной российской жизни. Он не обходит стороной ни искушённого московского чиновника, ни простого сибирского фермера.

Но так или иначе, в этом вопросе явно прослеживается следующая цепочка: деревня -город – крупный город – другая страна. По сути, это во многом идеальная схема карьеры для современного российского человека, родившегося в деревне. И самое интересное в этой схеме то, что человек не хочет оставаться на одном месте и не хочет возвращаться обратно. Он хочет двигаться только вперёд и чем быстрее – тем лучше. Конечно, отправные точки в этой схеме могут меняться, но развитие в обратном направлении практически исключено.

Геннадий Васильевич Оболянский, кандидат исторических наук, профессор кафедры эмпирической социологии и конфликтологии Алтайского государственного университета, считает, что проблема утечки профессиональных кадров, в основном, связана с пресловутым материальным фактором, люди просто не могут достойно прожить на зарплату, не соответствующую их вкладу в науку и экономику. «Допустим, молодой учёный, который добился чего-то в науке и работает в университете, просто не может достойно своему статусу прожить на свою зарплату», – говорит профессор. Согласно последним данным, средняя зарплата в науке за 2006 год в России составила порядка 14,000 рублей. По утверждению чиновников, рост зарплаты в научной сфере составил 40%, по сравнению с 2005 годом. Но эта, казалось бы, оптимистичная статистика не может радовать тех учёных, которые работают в университетах, потому что даже оступенённому учёному в университете, по словам господина Оболянского, не просто прожить. Другая причина, по словам, профессора Оболянского, – это невозможность молодому человеку реализовать свой потенциал в профессиональной сфере. «Третья причина раньше была связана с идеологизацией, сейчас же следует говорить о нехватке патриотического воспитания в школьной и студенческой среде. Если раньше героями были шахтёры, строители БАМа, то сейчас герои – это представители шоу-бизнеса, ими теперь восхищаются и пытаются подражать. Вот и получается, что у людей нет тех патриотических чувств к своему родному дому и они с лёгкостью могут покинуть как свой город, так и свою страну «, – подводит итог профессор.

Поток эмигрантов до сих пор остаётся велик в Германию – чуть больше 21,000 человек в 2005 году, а также США и Израиль (4040 и 1745 человек за аналогичный период времени соответственно). Это всего лишь данные официальной статистики. Каков же на самом деле объём уезжающих в поисках лучшей жизни – подсчитать практически невозможно.

Российские потери от «утечки мозгов»

На подготовку одного специалиста мирового класса Московский Государственный университет тратит около 400 тысяч долларов. Эта сумма складывается, прежде всего из затрат на образование будущих учёных, это и потери от того вклада, который специалисты могли бы сделать для развития науки, производства и страны в целом, это и государственные затраты на оснащение лабораторий, на приобретения оборудования. Колоссальные расходы государство несёт также при такой «внутренней» утечке мозгов, когда российский специалист живёт в России, но работает на западные компании или по международным грантам. Потери от такого сотрудничества ежегодно составляют около 600-700 миллионов долларов в год. А от того, что наши производители интеллектуальной продукции не умеют её продавать и прибегают к помощи американских или европейских посредников, ежегодные потери составляют около 3-4 миллиардов  долларов.

Пути решения

В России существует одна замечательная фраза: «Даже если вас съели, у вас есть два выхода». Но если отойти от юмористической составляющей этого изречения, то можно уверенно сказать, что для каждой проблемы найдётся своё решение. Российское Правительство пытается найти пути решения в сложившейся обстановке. По заявлению не последних людей в области образования и науки, в ближайшем будущем планируется поднять зарплату учёному со стажем до 30,000 рублей, а молодому учёному – до 15,000. По мнению чиновников, это должно поднять привлекательность работы учёного именно в пределах РФ.

В вопросе утечки кадров профессор Оболянский главным, необходимым, но далеко не определяющим, условием решения проблемы видит в повышении материальной заинтересованности прежде всего молодых специалистов. По его мнению, создание крепкой материальной базы может заинтересовать молодых людей оставаться работать в своих родных деревнях и городах. «Но в то же время только создание материальной базы не может предотвратить полностью отток кадров, нужно повысить социальный статус молодого учёного и специалиста, изменить к нему то негативное отношение со стороны работодателя, которое сложилось в современном российском обществе. Нужно с детства воспитывать у ребёнка патриотические чувства к своей местности, своей стране». Профессор считает, что можно попытаться воссоздать на государственном уровне некоторые департаменты патриотического воспитания, коим в советское время был комсомол.

Проблема утечки мозгов в разных регионах РФ решается по-разному, утверждает Геннадий Оболянский, но всё, что их объединяет, так это попытки увеличения экономической привлекательности села для молодых специалистов. «Есть примеры, когда, например, аграрный вуз заключает контракты с сельскими предприятиями и направляет туда своих выпускников». В свою очередь, местные сельские администрации, по их заверению, готовы выделять молодым специалистам безвозмездно дома для жилья, чтобы только они остались работать на родине.

Путей решения, на самом деле, может быть множество. Но какими бы они ни были, одним из важных факторов остаётся человеческий. Пока человек самостоятельно, невзирая на материальные и патриотические принципы, не поймёт, что работать в своём селе, в своём городе, в своей стране – почётно, то никакие законы не смогут сдвинуть проблему с мёртвой точки. Поэтому нужно менять психологию молодой личности в данном вопросе.

Портал «Вечная молодость» www.vechnayamolodost.ru
04.02.2008

Читать статьи по темам:

наука в России Версия для печати
Ошибка в тексте?
Выдели ее и нажми ctrl + enter
назад

Читать также:

Как убивают молекулярно-клеточную биологию

В январе 2008 участники программы «Молекулярная и клеточная биология» оказались в зоне информационного и бюджетного вакуума – программу никто не отменял, но и не продлял, как, впрочем, и другие программы Президиума РАН. Те ученые, которые поверили серьезности обещаний Академии Наук и вернулись в Россию, получив гранты на 3 и 5 лет, оказались «в подвешенном состоянии».

читать